Текст песни Владимир Высоцкий — Романс
Оригинальный текст и слова песни Романс:
Было так — я любил и страдал.
Было так — я о ней лишь мечтал.
Я ее видел тайно во сне
Амазонкой на белом коне.
Что мне была вся мудрость скучных книг,
Когда к следам ее губами мог припасть я!
Что с вами было, королева грез моих?
Что с вами стало, мое призрачное счастье?
Наши души купались в весне,
Плыли головы наши в огне.
И печаль, с ней и боль — далеки,
И казалось — не будет тоски.
Ну, а теперь — хоть саван ей готовь, —
Смеюсь сквозь слезы я и плачу без причины.
Вам вечным холодом и льдом сковало кровь
От страха жить и от предчувствия кончины.
Понял я — больше песен не петь,
Понял я — больше снов не смотреть.
Дни тянулись с ней нитями лжи,
С нею были одни миражи.
Я жгу остатки праздничных одежд,
Я струны рву, освобождаясь от дурмана, —
Мне не служить рабом у призрачных надежд,
Не поклоняться больше идолам обмана!
Перевод на русский или английский язык текста песни — Романс исполнителя Владимир Высоцкий:
It was so — I loved and suffered.
It was so — I only dreamed about her.
I saw her secret dream
Amazon on a white horse.
What I had all the wisdom of boring books
When in the wake of her lips could fall at me!
What happened with you, queen of my dreams?
What you become, my ghostly happiness?
Our souls bathed in the spring,
They sailed our heads on fire.
And sorrow and pain with it — far,
And it seemed — not melancholy.
Well, now — at least the shroud it is ready, —
Laughing through the tears I cry for no reason.
You eternal cold and ice befall blood
From fear to live and with anticipation death.
I understood — more songs to sing,
I understood — more dreams do not look.
Days dragged her yarns lie,
With her were some mirages.
I burn the remains of festive clothes,
I string the ditch, freed from Datura —
I do not serve as a slave to illusory hopes,
Do not worship idols greater deception!
Если нашли опечатку в тексте или переводе песни Романс, просим сообщить об этом в комментариях.
Что мне была вся мудрость скучных книг
Баллада о маленьком человеке
Баллада о Кокильоне
Марш футбольной команды «медведей»
Баллада о манекенах
Песня Билли Сиггера
Баллада об уходе в рай
Песня о вольных стрелках
Песня о двух погибших лебедях
СКАЗ ПРО ТО, КАК ЦАРЬ ПЕТР АРАПА ЖЕНИЛ
Одна научная загадка, или Почему аборигены съели Кука
«Ну вот, исчезла дрожь в руках. »
«Вы в огне да и в море не сыщете брода. »
ВООРУЖЁН И ОЧЕНЬ ОПАСЕН
Вооружён и очень опасен
ЗАБУДЬТЕ СЛОВО «СМЕРТЬ»
Песня о двух красивых автомобилях
«Проскакали всю страну. »
«У МЕНЯ В КИНО СЛОЖИЛОСЬ. »
У мня в кино сложилось не так удачно, как в театре,- особенно в самом начале. Я всё играл таких разбитных полуотрицательных парней: матросиков-братишек, солдатиков, шоферов. И всё время по ходу дела должен был приставать к чужим девушкам. Все режиссёры почему-то думали, что я – артист комедийный, и давали какие-то такие странные роли. Сейчас, честно говоря, я не согласился бы их играть, а тогда был ещё молодой, неопытный – хватал все, что «плохо лежит».
Первое моё столкновение с кинематографом было очень печальным. Первый мой съёмочный день врезался в память удивительно. Я играл роль шофёра Софрона в фильме «Карьера Димы Горина». Еду в машине вместе с Таней Конюховой – а она в то время была уже очень известная актриса,- и я должен был в кабине этого самого МАЗа пытаться её обнять. Я был тогда молодой, скромный человек – как-то рука не поднималась к ней приставать. Она говорит: «Смелее, Володя! Так всегда в кино – всё по-настоящему». Я долго не соглашался, наконец согласился – и это было очень приятно. А после этого Дима Горин, которого играл Демьяненко и который всё видел в маленькое окошечко, выходил из машины и должен был меня бить. Кино, я повторяю, это реалистический вид искусства, там нельзя соврать, не донести руку или слабо ударить. Сразу оператор смотрит в дырку и говорит: «Э! Давай сильнее!» И снимают много дублей подряд. В этой сцене мы сделали девять дублей. Таким образом, ни за что ни про что на второй день моих съёмок я стал жертвой искусства, потому что оно всегда требует жертв.
После этого я решил, что больше такого играть не буду. Но не тут-то было. Начался фильм, который назывался «713-й просит посадки». В этом фильме я играл роль американского солдата морской пехоты и тоже приставал к чужой девушке, а отомстить за это мне должен был актёр Отар Коберидзе. Он человек здоровый, восточный, темпераментный, у него глаз горит дурным огнём,- думаю: «Убьёт!» И говорю оператору: «Ещё два дубля и я дам дуба!» Но всё-таки остался жив. Только после этих вот начальных фильмов я теперь смотрю сценарии: кто кого бьёт. Потому что сначала надо разобраться, потом соглашаться.
Ну, потом я играл ещё несколько ролей, которые не хочется вспоминать. Честно говоря, это было сделано из-за интереса к кинематографу, из-за тщеславия, из-за денег. Это «Увольнение на берег», «Штрафной удар», «Стряпуха».